Нурлан Сабуров пришел во «Время от времени подкаст» Славы Комиссаренко, где комики обсудили много тем, включая неизвестные ранее подробности создания шоу «Что было дальше?». Видео длительностью один час и сорок минут заняло первое место в трендах ютуба.

Подробно пересказываем и цитируем самые важные моменты разговора. К сожалению, о том, когда выйдет новый эпизод «Что было дальше?» комики не говорили.

Шоу «Что было дальше?» с первого выпуска стало набирать миллионы просмотров, сделало LABELCOM одним из главных комедийных каналов на ютубе и доибавило узнаваемости участникам среди зрителей, не интересовавшихся стендапом. ЧБД поддержало тренд на злую комедию. Комиссаренко считает, что комики смогли выйти за рамки и реализовать то, что сидит в каждом — задиристость и агрессию в (хорошем смысле). Именно этого не может дать телевидение.

Как Нурлан Сабуров появился в «Что было дальше?». Сначала пригласили просто гостем — рассказать историю

По словам Нурлана, изначально у «Что было дальше?» была совсем другая концепция, а его самого пригласили как гостя и попросили вспомнить смешную историю. Из нынешнего состава в шоу были только Тамби Масаев и Рустам Рептилоид, а с ними — участники «Импровизации».

Мне Тамби звонит, говорит: «Хотим тебя пригласить на техничку нового шоу». Надо придумать историю — и мы с комиками там что-то разгоняем, отгадываем. Как гостя позвали. Вспомнил какую-то историю, рассказал, было весело. И все. Через какое-то время Макс (Максим Морозов — один из создателей ЧБД) говорит, что вот есть шоу, мы хотим тебя в качестве ведущего. Там будут Тамби и Рустам и еще Леху хотим позвать. Я такой: «По-моему, ребята же еще участвовали»? Там что-то не сошлось и решили переорганизоваться. Потом Тамби с Рустамом еще Артура позвали

Комиссаренко оказался на первой технической вечеринке ЧБД — еще без съемок, но уже в привычном составе. Кроме него в качестве гостей позвали Дениса Косякова и Сашу Петросяна. Слава вспомнил, что выступал первым на этой техничке. Ему было немного неловко, потому что на площадке царила слишком дружественная атмосфера — «смеялись и хлопали в ладоши, как в новогоднем Comedy Club». Он вспоминает: «Потом выходит Косяков — и вы ему как напихали сразу же. И Косяков кричал: „Почему вы ему не пихали?“».

При первом составе на ЧБД рассказывали истории, а участники просто придумывали и показывали концовку. С приходом молодых (и более злых в сравнении с участниками «Импровизации») стендап-комиков уже на первой техничке началось безумие, которое стало главной фишкой «Что было дальше?». На этой вечеринке Нурлан понял, что можно говорить любые жесткие шутки — даже о непрофессионализме гостя или про смерть — зрители все равно будут смеяться, а не обижаться.

Есть корень — о том, что Косяков плохой актер, юморист. Маленькое зерно: где-то он был не смешной. Ты за это цепляешься и утрируешь настолько, что там уже нет границ вообще. И люди это воспринимают на ура. В своих выступлениях [стендап], все равно надо подготовить контекст. А тут приходит человек, у людей примерно есть какое-то понимание — и все, и ты просто переворачиваешь картину, сворачиваешь, подаешь им, и они это воспринимают на ура. Нет формальности. Ты просто сидишь на сцене, нет каких-то границ, правил. Ты говоришь шутки прямо ему. И с Петросяном это сработало. Берешь минус... не минус — а особенность, которую ты переворачиваешь в минус (Саша Петросян — стендап-комик, маленький человек — прим. ред.), переворачиваешь до такой степени, что ты думаешь: „Это нельзя говорить!“. Это нельзя говорить вслух, думать даже об этом — ты сразу хуже как человек становишься. Ты это говоришь вслух и все смеются. И он [участник] — вообще не обижается

Слава Комиссаренко согласен: «Когда ты шутишь жестко про человека и все вокруг смеются, ты в этот момент в заложниках, ты не можешь обидеться». По его словам, обидеться — значит проиграть. Чтобы сохранить лицо, нужно уметь смеяться над собой. Если гость не начинает защищаться от нападок, а смеется вместе с участниками, последние сразу смягчаются. А гости вроде Богдана Титомира провоцируют на дальнейшую агрессию.

Люди все-таки в большинстве, наверное, чувствуют этот момент. Что мы не всерьез хотим обидеть, оскорбить. Мы нападаем — это я даже не отрицаю, — но если ты чуть-чуть умеешь о себе подумать несерьезно, то люди это чувствуют, мы это чувствуем, и все — мы уже как свои

Слава еще раз уточнил, что именно на первой технической вечеринке комики нащупали, каким должно быть шоу «Что было дальше?». Все началось после первой истории от Комиссаренко — с выходом Косякова и Петросяна.

Мы на Косякове почувствовали запах крови, а на Петросяне — уплыли в реке кровяной. Там же вообще безумие какое-то происходило. А потом мы позвали Сергеича. Люди закрывали рты в недоумении и продолжали ржать. Это было ночью, не было камер, мы вообще свободно себя вели

По словам Нурлана, после этого комики стали получать удовольствие от шоу. Между участниками появилась химия, никто не старался быть первым.

Мы просто кайфуем друг от друга. И этот еще — какой-то е*****й [дурачок] пришел. С кем-то — респект, кайф, поразгоняли. Этот — да пошел ты! Зрители почувствовали это веселье и захотели стать его частью. Не в смысле посмотреть, а как будто побыть в этой компашке. Вот это ощущение от передачи — как будто побыть в компании

Слава Комиссаренко согласился и добавил свое видение:

Роли распределились естественным образом — просто за счет химии. И мне кажется, еще сыграло роль, что вы с Лехой были молодые и дерзкие в тот момент. Артур — понятно, крутейший, талантливый стендап-комик, которого мало, он очень дозированный, и любой его приход куда-то — это сразу куча внимания и интереса. А Тамби и Рустам — это супер талантливые чуваки, которые десять тысяч раз подряд выигрывали „Comedy Баттл“ и как раз искали себя. И получается, что все еще были голодные как будто бы на тот момент

Про агрессию и инцидент с Богданом Титомиром

Отдельно комики поговорили про выпуск с Богданом Титомиром. Комиссеренко признался, что при все ей некровожадности, в нем проснулась эмоция «прикончи его».

Безусловно, животное в тебе просыпается. Хочется и ударить, и как-то отреагировать.... Но в его поведении ты сразу чувствуешь, что, наверное, либо все-таки больной человек, либо что-то не так с психикой. То есть, это неуравновешенный тип. И старый. И поэтому реагировать на это со злобой было бы глупо. Глупо обостряться. И ты к нему относишься просто как к чуть больному. Может быть, он не больной. Может быть, он просто в таком состоянии – не знаю под чем

Слава отметил, что ЧБД — это способ реализовать агрессию. По его мнению, у Нурлан после старта шоу стендап «стал добрее»: «Ты просто нашел куда это все спускать. Ты перестал ногу ставить на стол».

Про рост узнаваемости комиков из-за участия в «Что было дальше?»

И Слава, и Нурлан согласились, что ЧБД сделало участников намного популярнее. После прихода в шоу Вани Усовича гостем и его яркого перфоманса, карьера комика резко пошла вверх. Тот же эффект заметил на себе и Комиссаренко, который появился в одном из последних выпусков.

Действительно, можно сказать, что вот то, что пришел Ваня Усович дало ему импульс. Я пришел — мне это дало импульс, Смирняга пришел — ему это дало импульс. И многим другим комикам. Я когда был в ЧБД, это была чистая синергия. Я понимал, что мы усмешняем друг друга. Там даже был момент, когда я вскочил, чтобы сделать какой-то отыгрыш. Ты вкинул шутку, и у меня была доля секунды, чтобы решить, продолжить отыгрыш или нет. И я такой: „Да смешная шутка! Останавливай свой отыгрыш!“. Это то, что у нас было, когда мы делали разгоны. Это шоу, которого никогда не было и, возможно, не будет — мы просто разгоняем, кайфуем. Ты действительно понимаешь, что никто не рвет на себя. Никто не пришел забрать себе внимание

Комиков стали больше узнавать после участия в шоу — даже те, кто до этого не интересовался стендапом.

«Мне кажется, это естественное развитие стендап-комедии. Эта передача, еще многие, просто появление комиков где-то — это одно большое развитие. Это этап, когда уже и в регионах нас не воспринимают как „Камеди“»

— подытожил Нурлан.

У Кирилла Селегея вышел первый сольный концерт

Стендап в Москве

Стендап Рината Султанова

«Полвосьмерки»

«Отель»

Открытый микрофон

Анарбек Аскаров: стендап